[Репортаж] Гормли в Эрмитаже

Фотки с прошедшей уже довольно давно выставки Гормли в Эрмитаже.

Выставки, кстати, была хорошая.

[Репортаж] Выставка Ильи Глазунова

Выставка была по-своему грандиозная. Глазунов абсолютное ничтожество как художник, но очень интересная и показательная личность. "Феномен Глазунова" можно и нужно изучать. Правда, исследование такое получится не искусствоведческим, а скорее социологическим. Как, почему, в силу каких причин стал популярен И. Глазунов - подобные вопросы будут в центре такого предполагаемого исследования. 

Названий картин запоминать не стал. 

Ниже множество картинок с выставки в Питере, которая прошла несколько месяцев назад.

Здесь "злые большевики" пришли мучить и уничтожать "святую Русь". Ужас, ужас...

 Образ НКВД-шника в центре.

 Демократия, ужас, ужас...

 Голая девица занимается непотребством, судя по всему, в Нью-Йорке.

 А эта картина называется "Отречение". Пропаганда монархизма.

Эрмитаж в Прадо

В этому году в Эрмитаже проходила выставка "Прадо в Эрмитаже". Не блестящая была выставка. А вот так выглядит наш ответный проект. По видео трудно оценить выставку в целом, но какое-то представление составить можно. В частности: несколько залов, хороший свет под каждый предмет, работы разного времени от древности до XX века.

[On View] Духовлинов всматривается...

Несколько дней назад мне удалось заглянуть на выставку Владимира Духовлинова Camera Obscura в галерее Name Gallery. Демонстрируется живопись, ничего сверхъестественного. Если честно, работы Духовлинова я видел впервые, хотя художник это довольно известный. Про другие его работы/серии ничего сказать не могу, но знаю, что художник очень разнообразный. В Name Gallery лишь одна из его ипостасей.

Выставка небольшая, около десятка работ. Живопись не очень яркая. Но так и планировалось: ближе к дизайну. Вместо более экспрессивного стиля, характерного для других серий художника, здесь больше монотонности. Живопись Духовлинова занята простыми отношениями формы: объем, текстура, пропорции. Это сухая, даже высушенная живописная поверхность, которая не дает в себя проникнуть. Поэтому некоторые работы не получается долго рассматривать — слишком плоско все на уровне самой формы.

Главная игра здесь — это игра дальностей восприятия. Метров с 10 это какие-то эскизы Дейнеки или художников соцреализма. Суровый «сталинский» стиль, серая гамма, с резким фрагментарным светом. Одновременно это и что-то другое. Какой-то натюрморт из Вермеера или просто питерская квартира или закоулок. Возникает желание подойти поближе. Здесь — разочарование. Свет был иллюзией, строгости больше нет. Мы смотрим на не очень глубокую (в смысле ощущений), довольно тусклую формальную работу. Тускло как в камере обскуре, но не так захватывающе. Интересен эффект, который здесь работает. Издали множество ассоциаций, а вблизи просто тупая тусклая форма. Это не вызывало восторга, хотя сама игра дальностей довольно занимательна.  

На уровне чисто субъективном выставка скорее оставила равнодушным. Точнее, никак не задела. Очень профессионально и качественно сделано. Все даже очень «умно», но видимо просто не входит в резонанс, сделано для какой-то другой ситуации, других людей. Думаю для интерьера банка или фешенебельной квартиры эти работы подойдут отлично.  

[О старом] Видеоинсталляция Роя Лихтенштейна

В Нью-Йоркском музее Уитни открывается выставка с видеоинсталляцией Роя Лихтенштейна. Инсталляция называется "Три пейзажа." До сих пор эта работа демонстрировалась лишь в 1971-м году в Лос-Анджелесе.

Пока самих видео найти не удалось, также пока нет никаких видеообзоров выставки. Но опубликованный кадр уже интригует.

Подробнее о проекте можно почитать в программе выставки.

МБСИ

Новый сезон и Джеймс Калм

Начинается новый выставочный сезон. Будут новые выставки и проекты, много всего интересного. Мы это все будем в меру сил освещать.

К слову, Афиша сделала неплохой анонс того, что будет в новом сезоне. (здесь) Афиша вообще несколько улучшилась при новом редакторе: начали выходить интересные содержательные материалы; хотя в целом она так и остается полнейшим дерьмом.

У нас в связи с началом сезона появляется несколько нововведений. Первое, как уже говорилось, нас можно читать на твиттере, где идут все апдейты. Добавляйтесь! Второе, по просьбам трудящихся таки заводим зеркало на Livejournal... ну а куда без него?! Там будут ссылки на основной блог с небольшими анонсами. Делается это для тех, кто жить не может без ЖЖ и своей френдленты, так что если кто-то захочет нас там зафрендить— мы всегда рады!

Пока из нововведений вроде бы все.

Поскольку сезон только начинается и сказать про него ещё особенно нечего, я бы хотел просто рассказать об одном интересном человеке, ведущим один из интересных видеоблогов на известном сайте.

Это Джеймс Калм. Точнее это псевдоним нью-йоркского художника и критика Лорена Манка. Вот уже некоторое время он ведет видеоблог на YouTube, который называется The Kalm Report, где он ходит по разным выставкам Нью-Йорка и просто рассказывает тихим голосом свои впечатления. Главным недостатком его видео обзоров я считаю низкое качество съемки и звука, в остальном же они очень интересны и познавательны. 

Во-первых, подробно и систематически освещается художестввенная жизнь Нью-Йорка. Это само по себе очень ценно. Во-вторых, обзоров или рецензий на небольшие галерейные проекты в NYC не так часто можно найти в интернете, а составить собсвтенное впечатление от них и вовсе почти невозможно. В-третьих, формат видео, как это ни странно, очень удачно передает живопись, скульптуру и другие объекты; создается ощущение присутствия, которого нельзя добиться через фотографии (даже очень качественные).

В общем, если позволяет знание языка, можете наслаждаться обзорами Калма; если с языком есть сложности, то все-равно можно многое почерпнуть из его роликов.

Как и мы, Джеймс Калм открывает новый сезон своих обзоров. По этому видео можно составить неплохое впечатление об их общем стиле.

 
Ниже — четыре ролика, которые он посвятил недавно открывшейся в МоМА ретроспективе де Кунинга.

[On View] Петербургский анахронизм

Выставка пикториальной фотографии «Умышленный город» прошла в БИКЦИМ (Невский, 20). Множественные анахронизмы этого искусства можно было оценить до 2 августа, а сейчас время подвести некие итоги.

Обычная повседневная петербургская жизнь, только красиво расплывающаяся и играющая светом. Серые и неинтересные петербургские сюжеты, только пропущенные через эстетскую призму однолинзового объектива, а вместе с ним и через провинциальное сознание пост-советского интеллектуала. Короче говоря, поставленная в принцип петербургская пошлость — петербургская жизнь в петербургском стиле. Такое впечатление произвела явно неудачная выставка «Умышленный Петербург».

 

На ней были собраны работы Людмилы Таболиной, Натальи Заруцкой и Владимира Заруцкого. Все похожие одна на другую, что вполне ожидаемо — пикторализм, стиль в котором работают эти авторы, тяжело сделать индивидуальным. Это фотография, которая в основном интересуется светом и тем как он «красиво» растекается отпечатку. В таком стиле можно снимать все, что угодно, создавая при это совершенно однообразное элегическое впечатление. Петербург особенно подходит для подобных штудий.

 

Нужно сказать, что выставка при большом сходстве всех работ все-таки распадается, при более внимательном взгляде, надвое. С одной стороны Людмила Таболина, а с другой Заруцкие. В работах Таболиной больше такта и понимания избранной техники. Корректаная работа с подходящим для такой съемки сюжетом (игра света в старых помещениях). Если вы любите пикториализм, то эти работы должны вам понравится. Заруцкие же доводят пикториализм до той грани, куда ему лучше бы не выходить. Знакомая всем городская повседневность конфликтует с теми приемами, которыми её препарируют. Простенький городской пейзаж, интересный блик или рефлекс — здесь пикториализм Заруцких в своей тарелке, но выходя в пространство социальных проблем он порождает типичную достоевщину. То есть китч. Смотреть это тяжело и не очень понятно зачем. Если убрать эффект монокля, а именно это хочется сделать, разглядывая образы нищих и обездоленных, то остается лишь общая посредственность всего остального: слабость композиции, поверхностный взгляд, банальность сюжета...

 

Подобная фотография — анахронизм в нескольких смыслах. Молодые и активные не сильно жалуют мрачноватый пикториализм петербургской школы. Ритм их жизни другой, а и неспешные прогулки с фотоаппаратом в поиске очередной «светящейся» сцены сильно отвлекают от полезных дел. Их мир — это цифровые снимки, в больших количествах, много и постоянно. Здесь же какая-то непонятная серьезность по отношению к образу, к его пластике, тону, свету. Не удивительно, что среди молодого поколения российских фотографов пикториализм не в чести. 

 

Потом, сама техника пикториальной съемки оказывается чужда современности, перестает резонировать с ней. Зачем снимать бомжа или уличную грязь через монокль? Суть бомжа не в сочном отсвете или блике, а в общественных отношениях, порождающих нищету. Заволакивая реальность пикториальной дымкой мы скорее учимся этого не замечать, не видеть эту суть. Петербург становится в подлинном смысле «умышленным» городом — умозрением фланирующих без определенной цели пикториалистов.

[On View] Праздника не получилось: выставка Анни Лейбовиц в Эрмитаже

В Эрмитаже открылась выставка Анни Лейбовиц «Жизнь фотографа». Потенциально самая яркая выставка года обернулась провалом. Низкое качество экспозиции попросту «убили» фотографии автора.

Annie Leibovitz  Susan at the House on Hedges Lane, 1988. Photograph © Annie Leibovitz.

Говоря в целом, худшая выставка Эрмитажа за годы. Худшая потому, что не соответствует уровню музея, отвратительно обращается с материалом, расположена в совершенно неподходящих залах. Она явно сделана нехотя и без души.

Начинается (или заканчивается, в зависимости от того, откуда зайти) все с зала, где довольно нелепо вывешены «контрольные отпечатки» Лейбовиц. Начало, честно сказать, «за упокой». Какие-то смешные фотографии семьи Лейбовиц, бессмысленные пейзажи,  просто «фотки». Мало того, что сам прием избитый и скучный, так и сделано это все неудачно— наклеено на всю стену, от пола до верха. Даже «насладиться» этими обрывками не дают: нужно нагибаться или задирать голову.
В основной части нас проводят по галерее портретов, которые Лейбовиц делала для известных журналов. Есть и наиболее известные — беременная Деми Мур и Синди Кроуфорд, снятая в духе Ботичелли. Это классическая Лейбовиц. Относительно новые тоже есть, в частности, снимки Скарлетт Йоханссон, Джулианны Мур, Брэда Питта, Мэтью Барни многих других «топовых» знаменитостей. Работы сами по себе очень сильные, иногда блестящие. Хотя они несут все-таки отпечаток своей социальной функции. Это так или иначе развлечение, не более того. В них нет глубины, проникновения в характеры, какой-то большой «художественности». Это доведенная до предела коммерческая фотография, мастеровитая и яркая, но очень четко укладывающаяся в эти рамки, и оттого довольно пустая.

Annie Leibovitz Monument Valley, 1993. Photograph © Annie Leibovitz

Большие портреты перемешаны с маленькими фотографиями семьи фотографа, детей, её обнаженных автопортретов. Они даются группами по несколько штук и обычно отражают какой-то эпизод из жизни Анни Лейбовиц. Как фотография это слабые вещи. Они, правда, не лишены некоторой теплоты и даже привлекают внимание, как всегда привлекает внимание частная жизнь известного творческого человека. Лейбовиц предстает здесь странноватой, но очень любящей матерью, домохозяйкой, другом. Основных тем здест две: дети и Сьюзен Зонтаг. С последней у Лейбовиц был длительный роман, первых сильно любит и фотографирует ныне. Частная сфера в рамках «Жизни фотографа» сопоставляется с областью публичного. Чего этим сопоставлением хотят добиться авторы и сама Лейбовиц не понятно.  На стыке личных снимков фотографа и «парадных» образов звезд политики и культуры никакого эффекта не возникает. Сопоставление работает вхолостую. Может быть отчасти и по причине плохой организации выставки, драмы из жизни Анни Лейбовиц не выходит (хотя в ней и есть драматичные моменты, вроде фотографий умирающего отца и его свежевырытой могилы). У Нэн Голдин был драматизм, у Ларри Кларка тоже, а драматизм жизни Лейбовиц остался за рамками выставки, какие бы интимные моменты на ней не представлялись. Так или иначе, это история успеха, а она на поверку оказывается довольно скучной. Хельмут Ньютон именно этим мотивировал тот факт, что довел свою автобиографию только до первых крупных заказов — дальше читать не интересно. На выставке «Жизнь фотографа», в этом смысле, тоже скучновато.

Annie Leibovitz Susan Sontag, 1994. Photograph © Annie Leibovitz

Идея выставки принадлежит самой Лейбовиц. Она уже несколько лет возит её по Америке и Европе, выпустила каталог. Проект наверняка коммерчески успешный, но сути дела это не меняет. С точки зрения серьезной музейной работы, это несколько слабовато. Как бы ей не хотелось создать «человеческий документ» из своей жизни и своих журнальных снимков — ничего не выходит. 

P.S.
Напоследок о самом плохом. Помещения очень неудачные. Для такого рода выставки они не подходят. Стены, на которых раньше висела старинная живопись, отдали под фотографии группы White Stripes, Джорджа Буша, Джонни Деппа и тому подобных персонажей. Выглядит неубедительно. Особенно плохо выставка смотрится на фоне воспоминаний об огромном успехе Эрмитажа с Мэпплторпом несколько лет назад. Тогда белые специально выстроенные стены прекрасно подчеркивали серебряную и платиновую печать Мэпплторпа. Был сделан хороший свет. Тут же — зеленые  стены с подтеками и слишком много бликов от окна и ламп, иногда рассмотреть ничего нельзя. В одном месте (в первом зале) фотографии висят на мерзких тряпочных стендах, на ужасном коричневом фоне, как будто мы попали в мелкий краеведческий музей.